Василий Шукшин - неуловимые струны скрипки - души...






25 июля  2014 года
исполняется 
 85 лет со дня рождения 
В. М. Шукшина, 
драматурга, актера, режиссера.






Творчество Шукшина  это умный и правдивый, иногда  смешной, но чаще  драматичный роман о русском мужике, о России и  русском национальном характере. И еще о ЧЕЛОВЕКЕ.. О  том, что человек в сущности своей одинокий, неоднозначный, и сильный и слабый одновременно, и еще очень ранимый! 
О смысле жизни человека!

Как писателю Шукшину повезло — почти с самых первых своих произведений он стал известен.Уже первая его книга дала основание критике говорить об особом, «шукшинском» герое, об особой атмосфере реальности, введенной в литературу именно им, Шукшиным, —  такое обычно выпадает на долю лишь очень самобытных и сильных талантов.

Сегодняшнее представление о Шукшине гораздо глубже и разностороннее, чем оно было пятнадцать-двадцать лет назад.И это не может радовать!

И все же «приходится признать, что отнюдь не все трудности, связанные с изучением творчества Шукшина, для нас уже позади. Шукшин не только не изучен в должной мере, но и во многом еще не «прочитан»

Сергей Залыгин высказал весьма оригинальную и весьма ответственную мысль. «Если кто-то из литературоведов...станет делить творчество Шукшина на периоды... надо будет иметь при этом в виду, что Шукшин никогда и ничего но заключал, он всегда начинал, все его творчество — это  все еще сегодняшний день.

Василий Макарович Шукшин - самый русский из всех современных наших авторов. Книги его, по собственным словам писателя, стали «историей души» русского человека.

85-летие Василия Макарыча я "отмечу" рассказом лишь о некоторых произведениях писателя. .Почему именно эти рассказы? Для тех, кто знает творчество Шукшина эти рассказы знакомы и любимы. Для тех , кто не очень знаком - самые известные "Калина Красная" и "Печки лавочки".Но писательский архив Шукшина обширен и может быть эти рассказы для некоторых будут поводом познакомиться с Шукшиным поближе.

Шум колосьев и ласточек пенье.
Волны света у края земли.
И реки голубое свеченье,
где стоят облака на мели.
Жаворонок, висящий над лугом,
не смолкая звенит и звенит.
Пахнет воздух укропом и луком.
Солнце встало надолго в зенит.
 А. Шевелев.
Любавины. 


Шукшин, крестьянин по своему рождению, рассказывает о жизни советской деревни 20-х гг.;

...Ранняя весна 1922 года. Темными мокрыми ночами с шумом, томительно и тяжко оседал подтаявший снег, и в лесу что-то звонко лопалось с протяжным ликующим звуком: пи-у… За деревней, на сухих прогалинах, до самой зари хороводилась молодежь. Балалаечники, настроившись по двое, высекали из своих тонкошеих инструментов неукротимый серебряный зуд. Парни топтали тяжелыми сапогами матушку-землю – плясали, пели частушки с матерщиной, часто дрались… Просилась наружу горячая молодая сила. А над рекой, пронизывая сырую, вязкую тишину медным витым перебором, голосила великая сводница – тальянка. Девки рассыпали по доскам шатких мостков сухую крепкую дробь, пели зазывные припевки. Жизнь шла своим чередом.

Есть на Волге утес, диким мохом оброс
Он с вершины до самого края;
И стоит сотни лет, только мохом одет,
Ни нужды, ни заботы не зная.

На вершине его не растет ничего,
Только ветер свободный гуляет,
Да могучий орел свой притон там завел
И на нем свои жертвы терзает.

Шла молва по Руси, что удачлив Степан;
Что он волю несёт, о которой не снилось;
Что он сам – как в степи ураган.
 Алексей Мальчиков
"Я пришел дать вам волю"

Роман "Я пришел дать вам волю" (1971) также о крестьянстве, но только триста лет тому назад. Стенька Разин интересовал писателя как гениальный организатор крестьянских масс в XVII в., вольнолюбие которого, самоотречение и бесстрашие живут и поныне в народных песнях, памяти народной. В его лице Шукшин нашел героя громадной судьбы, вписанного в историю русского крестьянства, способного высветить многие загадки этой истории. Он дает народного заступника крупным планом, стремится проникнуть в глубь его души. Возможно, Степан Разин привлек писателя еще и потому, что он отличался странностью и причудливостью, то есть чем-то изначально уже напоминал героев шукшинских рассказов.

 Степан все стегал камышинкой по носку сапога. Поднял голову, когда крикнули о царе. Посмотрел на кудлатого… То ли хотел запомнить, кто первый выскочил «с топором и плахой», какой умник.

— Батька, скажи, ради Христа, — повернулся Иван Черноярец к Степану. — А то до вечера галдеть будем.

Степан поднялся, глядя перед собой, пошел в круг. Шел тяжеловатой крепкой походкой. Ноги — чуть враскорячку. Шаг неподатливый. Но, видно, стоек мужик на земле, не сразу сшибешь. Еще в облике атамана — надменность, не пустая надменность, не смешная, а разящая той же тяжелой силой, коей напитана вся его фигура. Поутихли. Смолкли вовсе.

Странные люди теряют надежды,
Странные люди одни, как и прежде.
Странные люди ночами мечтают,
Странных людей ведь порой забывают.
Странные люди
Яна Щавелева
"Миль пардон, мадам"

В несуразном, странном человеке, по мнению Шукшина, наиболее полно выражается правда его времени. Дисгармоничность героя рассказа "Миль пардон, мадам" (1967) заявлена уже в парадоксальном сочетании его имени и фамилии – Бронислав Пупков. В этом рассказе есть краткий портрет героя и краткое авторское описание его судьбы, но 9/10 текста отведено диалогу. Охотник, умный и удачливый, редкий стрелок, Бронька Пупков на охоте по дурости лишился двух пальцев. Ему бы снайпером на войне быть, а пришлось всю войну прослужить санитаром. Он не смог на войне реализовать свой дар, так нелепо утраченный в мирное время. И душа его затосковала. Работая егерем после войны, как правило, в последний день, когда справляли отвальную, он рассказывает городским охотникам, которых сопровождал и которым показывал лучшие места в округе, свою драматическую историю мнимого покушения на Гитлера и при этом плачет. "...Я стрелил... Я промахнулся..."

Бронька (Бронислав) Пупков, еще крепкий, ладно скро-енный мужик, голубоглазый, улыбчивый, легкий на ногу и на слово. Ему за пятьдесят, он был на фронте, но покалечен-ная правая рука -- отстрелено два пальца -- не с фронта: пар-нем еще был на охоте, захотел пить (зимнее время), начал долбить прикладом лед у берега. Ружье держал за ствол, два пальца закрывали дуло. Затвор берданки был на предохранителе, сорвался и -- один палец отлетел напрочь, другой бол-тался на коже. Бронька сам оторвал его. Оба пальца -- указа-тельный и средний -- принес домой и схоронил в огороде. И даже сказал такие слова:
     -- Дорогие мои пальчики, спите спокойно до светлого утра.
 Хотел крест поставить, отец не дал.

Когда человеку больно,
Кто-то должен его приласкать,
Кто-то должен быть просто рядом,
Чтоб в макушку поцеловать.

Когда человеку плохо,
И целый мир пополам,
Кто-то должен быть кроме Бога,
Чтобы душу свою отдал.
Чудик

Это рассказ – о тридцатидевятилетнем сельском механике Василии Егоровиче Князеве. Отталкиваясь от названия, автор сразу же начинает повествование о самом герое: "Жена называла его – Чудик. Иногда ласково. Чудик обладал одной особенностью: с ним постоянно что-нибудь случалось".
Шукшин, как правило, избегает длинных вступлений и вводов в действие. Он стремится не описывать душевное состояние героя, а сделать так, чтобы оно было понятно из его действий. Рассказ о том, что с Чудиком постоянно что-то случалось, реализуется в тексте в двух житейских ситуациях: в городском магазине и на Урале у брата, куда он все же приехал. Две ситуации, описанные в этом рассказе, – типично шукшинские: человек чем-то или кем-то выведен из равновесия либо чем-то поражен или обижен, и он хочет как-то разрешить эту боль, вернувшись к нормальной логике жизни.

           Подошлa его очередь. Он купил конфет, пряников, три плитки шоколaдa. И отошел в сторонку, чтобы уложить все в чемодaн. Рaскрыл чемодaн нa полу, стaл уклaдывaть… Глянул нa пол, a у прилaвкa, где очередь, лежит в ногaх у людей пятидесятирублевaя бумaжкa. Этaкaя зеленaя дурочкa, лежит себе, никто ее не видит. Чудик дaже зaдрожaл от рaдости, глaзa зaгорелись. Второпях, чтобы его не опередил кто-нибудь, стaл быстро сообрaжaть, кaк бы повеселее, поостроумнее скaзaть этим, в очереди, про бумaжку.
 - Хорошо живете, грaждaне! - скaзaл он громко и весело. Нa него оглянулись.

Рассказы Шукшина драматургичны, в большинстве из них преобладают диалог, сценические эпизоды над описательными, несценическими, это бесспорный результат воздействия на прозу сценического мышления Шукшина-режиссера, которое влияет даже на сюжет. Сюжет в рассказах Шукшина – это хронологически сменяющие друг друга сценические эпизоды. Сам писатель боялся законченных сюжетов, которые, по его мнению, всегда несут какой-то вывод, мораль, а морализаторства он не терпел: "Сюжет не хорош и опасен тем, что он ограничивает широту осмысления жизни... Не сюжетное повествование более гибко, более смело, в нем нет заданного, готовой предопределенности".

"Для меня самое главное – показать человеческий характер", – не раз говорил Шукшин.

 «Жизнь представляется мне бесконечной студенистой массой, — писал Шукшин, — теплое желе, пронизанное миллиардами кровеносных переплетений, нервных прожилок... Беспрестанно вздрагивающее, пульсирующее, колыхающееся. Если художник вырвет кусок этой массы и слепит человечка, человечек будет мертв: порвуться все жилки, пуповинки, нервные окончания съежатся и увязнут. Но если погрузиться всему в эту животворную массу, — немедленно начнешь — с ней вместе — вздрагивать, пульсировать, вспучиваться и переворачиваться. И умрешь там» .

Главное для Шукшина – не где живет человек, а как он живет и какой это человек.

Каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает по себе
Щит и латы, посох и заплаты,
Меру окончательной расплаты
Каждый выбирает по себе.
Каждый выбирает для себя,
Выбираю тоже – как умею,
Ни к кому претензий не имею,
Каждый выбирает для себя.
     Ю.Левитанский
«Волки»

...Наум правит лошадью, Иван лежит сзади. Вдруг Наум видит волков недалеко от телеги. Конь струсил, но его поставили на место и поехали. Волки бросились за ними. Наум кричал «Грабют», а Иван сначала посмеивался над ним, потом ему стало страшно. Волки нагоняли. Иван огрел вожака бичом, это помогло, но ненадолго. Он по совету Наума кидает им «чего-нибудь», то есть горсть сена. Волки не останавливаются. Иван кричит Науму, чтоб тот кинул ему топор. Тот кинул. Иван выпрыгнул из телеги, схватил топор, но вожак уже набросился на коня, к нему присоединились и остальные волки.
Иван растерялся: несколько мгновений он стоял, потом хотел накинуться на волков с топором, но не сумел, что-то его остановило. Он смотрит на истерзанного волками коня, ему становится жаль его, но он оставляет коня волкам и поворачивает в деревню.

 Совесть лежит в основе поступков людей. Таким образом, человек, начиненный всяческими правилами, но лишенный совести – это не человек. Рассказ “Волки” с глубоким подтекстом. Волки – это не только хищники, лесные звери, это люди типа Наума, с которыми приходится жить Ивану. Напрямую писатель не называет Наума волком, но то, что Иван повторяет слова “надо быть” “чтоб был” человеком заставляет понять, что Наум – не человек. Здесь мы видим, что бывает, когда люди превращаются в зверей. Жажда мести, злоба превращают людей в зверей. В этом и заключается смысл названия рассказа.

Не зги не видно впереди,
А мне опять кричат: «Веди!».
И мы идем, скрипя зубами.
Немеют лица, сохнет рот.
И мы идем, ползем – вперед.

Кричат: «Веди!» Куда, ребята?
Но если надо, стало быть
Идем вперед. Не за наградой,
Нам попросту охота жить.
 Евгений Мотурнак 
Охота жить

Центральные герои произведения — старик Никитич и молодой парень. Действие разворачивается в тайге.

Пока парень отогревал руки, старик рассмотрел его. Парень был красив, но худ. Больше всего Никитича удивил взгляд — какой-то прямой и «стылый». Разговорились. Затем выпили. Парень много курил, ругал кого-то, упомянул даже Христа, а затем признался старику, что бежал из тюрьмы. Сказав это, снова посмотрел на старика своим «стылым» взглядом и поинтересовался, пойдёт ли Никитич его сдавать. Никитич был удивлён: он и не думал о чем-то подобном. А парню сказал одно: «Поймают, надо было досидеть». Никитичу понравился парень, и было жаль его. Гость сказал старику, что ближайшие три дня пересидит у него, а потом будет двигаться к станции — благо документы уже есть. Вскоре он лёг спать.

В рассказе «Охота жить» В.М. Шукшин проявляет себя как подлинный мастер создания психологической характеристики героя. На примере образа Коли-профессора В.М. Шукшин разоблачает потребительское, эгоистическое отношение к жизни. Он сравнивает его с паразитом на теле общества. Конечно, отчасти Никитич сам виноват в своей гибели. Будучи знатоком природы, жизни того же лесного муравья, он оказывается беспомощно наивным в сфере человеческого общения. По внешним признакам (красивому лицу, аккуратной бородке) он принимает Колю за человека хорошего, но запутавшегося, оступившегося. В своем искреннем желании помочь парню он заходит так далеко, что не задумывается о собственной безопасности, не понимает, что, вооружив беглого преступника, тоже нарушает закон. Никитич живет по своему собственному нравственному кодексу, который не позволяет ему стать предателем и выдать Колю. В финале новеллы Коле кружит голову «весенний густой запах леса» (символ жизни). Выходит солнце, но парень не видит его. Он идет спиной к нему, и взгляд его устремлен вперед, навстречу той красивой в его понимании жизни, ради которой он способен на все.

Практически все рассказы Шукшина, зачастую обрывается без окончательного разрешения конфликта. 
Читатель сам должен решить, как закончится та или иная история. 
И тогда, может быть тогда, 
ты наконец поймешь для себя – кто ты на самом деле!

Останься прост, беседуя c царями,
Будь честен, говоря c толпой;
Будь прям и тверд c врагами и друзьями,
Пусть все в свой час считаются c тобой;
Наполни смыслом каждое мгновенье
Часов и дней неуловимый бег, —
Тогда весь мир ты примешь как владение
Тогда, мой сын, ты будешь Человек!
Джозеф Редьярд Киплинг.


Комментариев нет :

Отправить комментарий

Возможность уйти- это уже повод, чтобы остаться !

получайте бесплатно обновления блога


ЗДЕСЬ ВАМ РАДЫ!

Google+ Followers

Спасибо за посещение блога!